Литературный уголок        15 апреля 2018        36         0

Нарушитель

На лестничной площадке сидел голый человек в мыльной пене и горько плакал.

— Нарушаете, молодой человек, — произнес один из милиционеров, худой, высокий и носатый, и вынул черную дерматиновую папку, — будем протокол составлять или как?

Второй милиционер, низенький и плотный, пристально вглядывался в голого нарушителя.

— Так на мэра нашего похож, — задумчиво произнес он и потер переносицу, — вот точно, вылитый мэр.

Первый чуть наклонился и близоруко прищурился.

— Сергей Денисович… батюшки, не признал, не признал, виноват-с, — услужливо забормотал он, — вы тут… это… того… отдыхать изволите-с… Простите, что побеспокоили…

— Не, — покачал головой низенький, — не мэр это. У мэра родинка на левой щеке, а у этого нет.

— Да что вы, гражданин, тут сырость развели, понимаете ли, — закричал первый, — нарушаете тут…

— Депутат это, — продолжил второй, — городской думы. На днях по телевизору его показывали, фамилию я только запамятовал. А! Пупсиков!

— Валентин Соломонович! – всплеснул руками первый милиционер, — что же вы, я прямо извиняюсь, голой попой да на грязных-то ступеньках. Еще застудите себе чего…

— А может и не депутат… — с сомнением в голосе протянул второй.

Первый милиционер выпрямился и резко раскрыл папку.

— Так, гражданин, а ну-ка, поднимайтесь живо! Протокол составлять будем, соседи жалуются на вас… Как ваша фамилия?

— Вот ежели в профиль – вылитый Живодеркин, — низенький шмыгнул носом, — заведующий хирургическим отделением городской больницы. В прошлом году жена у него аппендицит удаляла. Мы потом еще коньяк французский ему носили…

— Господи, Валериан Таблеронович, вы ж, наверно, после ночного дежурства, устали, небось, ну выпили, так это ж что… это ж ничего… после дежурства-то как не расслабиться. Вот, давайте-ка поднимайтесь, обопритесь о меня, — высокий услужливо протянул руку.

— Хотя… — низенький чуть наклонил голову, — какой это Живодеркин. У Живодеркина голова что твой бильярдный шар, круглая и блестящая, а этот вон какой… черненький да кучерявый…

Высокий резко отшатнулся от голого человека.

— Да ты пьян, скотина! Сейчас наряд вызовем, впаяем тебе пятнадцать суток…

— Черный и кучерявый у нас в городе только начальник пенсионного фонда, — продолжил низенький.

Первый милиционер закрыл папку, достал из кармана несвежий клетчатый платок и вытер испарину.

— Простите, Петр Ахметович, — хрипло просипел первый, — я вас без вашего лексуса не признал…

— На взятке он позавчера попался, — низенький почесал подбородок, — мне давеча Колян из отдела финансового контроля рассказывал…

— Ах ты, проклятый расхититель капиталистической собственности, — замахнулся первый.

Голый человек поднял голову и грустно посмотрел на обоих милиционеров.

— Кнопка у меня не работает, — тихо сказал он, — заела. Вода, видно, попала.

— Какая кнопка? – опешил высокий милиционер.

— Вот эта, — молодой человек выпрямился и указал на блестящую металлическую кнопку посереди живота, — не работает. Вот вы сами попробуйте, попробуйте.

Высокий милиционер потянулся и инстинктивно нажал кнопку.

— А теперь вы, — обратился голый к низенькому.

Тот тоже нажал. Сзади молодого человека что-то затрещало и три раза чихнуло.

— Ой, — ойкнул голый, — кажется, заработало. Жмите, жмите еще!

Низенький что есть силы надавил на кнопку. Зажурчал мотор, на спине молодого человека весело закрутился пропеллер. Молодой человек взмыл в воздух, обдал обоих милиционеров брызгами мыльной пены и вылетел через открытое окно подъезда.

— Чего это было? – недоуменно пробормотал высокий милиционер.

За их спинами послышался звук отпираемой двери.

— Карлсон это, — в приоткрытую дверь высунулась сморщенное старушечье личико.

— Который живет на крыше? – уточнил низенький.

— В 43 квартире он живет, — сердито сказала старуха, — Карлсон. Вадим Геннадьевич. 39 лет, временно не работает.

***

Над утренним городом летел счастливый голый молодой человек и радостно улыбался…


Читайте нас в Telegram

comments powered by HyperComments